Alex Dragon (alex_dragon) wrote,
Alex Dragon
alex_dragon

Categories:

О перестановке фигурок на комоде

Вот with_astronotus создал потешное голоcование про Эквадор. Ну как бы потешное как бы про Эквадор. Я не буду здесь вдаваться в игру аналогий и рассуждать о подразумеваемом подтексте данного поста, но вот буквальный его смысл некоторые мысли вызывает по поводу и около.

Я там написал, что проголосовать не могу, потому что для моего ответа нет соответствующего пункта: «Мне совершенно фиолетово чтО думают о директоре фабрике, пока остаётся на своём месте владелец фабрики». На что with_astronotus несколько даже высокопарно ответил: «Историю сейчас пишем не мы, а люди на улицах Кито. Поэтому мы можем только соглашаться с их постановкой вопроса, прежде чем получить право ставить вопрос более решительным образом».

Это всё конечно верно, и несомненно, что неправильный «Ленин» на свою голову вызвал народный гнев вполне заслуженно. Но мы всё-таки, коли уж наша участь — диванная стратегия, то и мыслить мы должны пытаться стратегически. Я даже не сомневаюсь, что сейчас ответ на банальный вопрос «что будет дальше?» будет столь же банальный — «время покажет».

Но, дорогие читатели, я бы обратил ваше внимание на то, что это — Латинская Америка, волнения в которой, хунты и перевороты — это можно сказать местный спорт. Знаменитые чехословацкие путешественники Иржи Ганзелка и Мирослав Зикмунд в 1949 году находились в Боливии и в городе Кочабамба попали в очередную «революцию», о чём есть несколько глав в книге «Через Кордильеры». Они с бесподобной меланхоличной иронией описывают несколько дней тех событий. Самая лаконичная характеристика банальности происходившего звучит так: «Любая «революция» здесь нечто вроде воскресенья. В такое время куда интереснее заключать пари: чем все это кончится?» И там же приводят интересные цифры, говоря об одном из прошлых переворотов: «Это было одно из шестидесяти восстаний и дворцовых переворотов, которые постигли бедную Боливию за последние 74 года». То есть там подобные движухи случались чуть ли не ежегодно. Если верить Википедии, в 1971 году это число, считаемое с 1825 года, составило 181. Это в одной только Боливии. При беглом взгляде на историю региона создаётся впечатление, что там самым редким и экзотическим случаем надо считать, когда президент спокойно досидел до конца своего срока и своими ногами покинул президентский дворец.

Понятно, что большинство этих воскресных переворотов были драчкой местных «элит» за место у кормушки, и к подлинно народным восстаниям не имеют никакого отношения. Но это хорошо показывает местный «фоновый уровень», заурядность такого рода событий, происходящих с частотой и регулярностью перемены погод, значимость которых при таком историческом багаже несколько меркнет. Особенно учитывая, что после очередного решительного поворота через некоторое время всё скатывается в абсолютно такое же унылое говно, на колу мочало — начинай сначала. И так — скоро как двести лет кряду. В 21 веке — всё то же самое.

Вы себе вообще можете такое представить: люди уже почти два века пытаются изгнать очередную панду геть и наконец поставить правильное начальство, которое наконец всё разрулит как надо! Кхе-кхе. Мы бы уже с ума сошли.

Поэтому думать, что после очередной перестановки фигурки на комоде что-то там радикально изменится — несколько наивно. Для этого должны какие-то ещё условия выполнится. А могут ли они быть выполнены в текущей ситуации?

Мне вот говорят: а как же Куба, Венесуэла? А то и КНДР с Вьетнамом вспоминают. Граждане, вы вообще в состоянии понимать слово «система»? СИС-ТЕ-МА. А так же конкретику исторических обстоятельств?

В 50-60 годы вообще и в 1959 году в частности в мире шёл подъём антиколониальной борьбы. Понимаете, во многих странах одновременно. И при этом за спиной и Кореи, и Вьетнама, и Кубы был СССР. И не просто СССР, а весь союзный СССР блок, а так же всё увеличивавшаяся торбочка дружественных, сочувственных, и ни к кому не присоединившихся, но всё равно желавших хинди-руси-бхай-бхай стран. Это не говоря о мякотке в виде советских ракет на Кубе. В 1959 году можно было что-то себе позволить даже и под носом у Штатов. Была поддержка и была физическая невозможность разорваться капиталистическому миру на все стороны сразу — где там раньше штопать, то Корея горит, то Африка, то Индокитай. Это дало возможность закрепится бородачам на Кубе и сорок лет строить страну и собирать ресурсы, от буквально физических до некоего международного авторитета, закрепляемого договорами, на которые просто так не получится наплевать даже враждебным странам. Коими ресурсами Куба по сути и жива до сих пор — не буду тут обсуждать насколько правилен и настоящ тамошний социализм, но они создали какую-то систему, заняли какое-то место в мире. И они были достаточно радикальны.

Но, замечу между прочим, что при всём при этом, судя по тому что время от времени доносится о реальных процессах там, надо молить космос, бороды всех покойных и живых бородачей или кого там ещё, чтобы кубинский флаг хотя бы остался хотя бы в виде фигового листочка флагом независимой страны, и не увидели белый.

В то время как нынешний «латиноамериканский социализм» имени Чавеса — это очень жиденький розоватый реформизм. Который не позволяет решительно побить горшки с цивилизованным миром и особенно светочем этой цивилизации. И скажу страшное: и покойный Чавес, и здравствующий Мадуро, кто там ещё есть? — потому ещё как-то и находятся там, где находятся, только потому что не выходят за флажки. Можно пенять им за недостаточность радикализма, но по-хорошему, у них и нет возможности делать что-то радикальное.

Как ни странно, скудость природных ресурсов в этом смысле для Кубы где-то даже во благо, у неё, во-первых, своя экономика — можно теоретически спорить о том, кому принадлежат реально средства производства, но точно не западным дельцам и пока ещё не местным компрадорам, а во-вторых, они не привязаны как гирей к экспорту нефти, а нефтяные да банановые Венесуэла с Эквадором в гораздо большей степени повязаны и обусловлены своим местом в международном разделении труда — у них в достатке чёрной жижи, но они не могут произвольно ею распоряжаться и не могут диверсифицировать экономику.

Да и даже в случае диверсификации они в лучшем случае просто облегчили бы своё положение, но никак не могли бы изменить его радикально — невозможно «импортозаместить» ВСЁ, а чтобы закупать то, что невозможно произвести на месте — надо что-то продавать. А на рыночке мировом от них нужны нефть и бананы. Не гордый фас и профиль Мадуро, не дурацкое многосоставное имя недоделанного эквадорского Ленина, не смартофоны и не трактора, и не луноходы, а нефть и бананы. Нефть и бананы. А это определяет и товарные, и технологические цепочки, и прочие сложные отношения.

Представим себе, что завтра индейцы таки распугают голыми торсами полицию и прогонят ссаными тряпками несчастного инвалида. Допустим чудесное — вдруг они все дружно осознают себя коммунистами, всё что надо национализируют и экспроприируют, поднимут красный флаг, скажут «дядя Сэм, мы на тебя жареный куй ложили» — и… Не, не надо даже фантазировать про то как хищные полчища зелёных беретов на поганых авианосцах ринутся наводить демократию в маленькую, но гордую республику. Проще всё, проще. Просто дядя Сэм может сказать тихим деловым тоном: ребята, я всё понимаю, но сегодня шевернадцатое мартобря, пора проценты по кредитам платить, вы траншик проплатили? Счётчик капает. Что вы ответите ему на месте индейцев? Опять национальное блюдо предложите? Я думаю, вы будете неприятно удивлены, когда вдруг окажется, что вашим кораблям с бананами почему-то вдруг в портах не отпускают топливо, платежи почему-то не проходят по платёжным системам, счета арестовываются, а в самих бананах вдруг находят ямальского долгоносика, страусиный грипп и антарктический сифилис одновременно, что нарушает санитарные нормы и во избежание принять их на разгрузку никак не могут. И вообще вдруг окажется, что вы не читали мелким шрифтом примечание 121-е на 236-й странице договора от хренадцатого фебруария тыщадофигапятьсотзатёртого года о том, что… Ну короче, о том что это попадос, залёт и по гроб жизни долг. Не будете платить? Да ради бога. Сколько народная власть продержится после того, как в стране жрать станет нечего? Поняли, да?

К чему я это всё. А может ли быть иначе? Допустим, люди готовы и розовыми иллюзиями не страдают, и всё такое. Какие условия ещё нужны? Вспоминаем слово «система» и байку про прутики от веника, которые по одиночке пальцами ломаются, а в связке не согнёшь. То есть, либо в очень многих странах приблизительно одновременно начинаются движухи и никакие мировые гегемоны и жандармы просто физически не могут ничего сделать, не могут везде успеть. То есть необходима координация действий. Если брать текущий момент — как там с координацией у населения Эквадора, Венесуэлы, кто там ещё в розовые подписывался? Боливии? Достаточно на карту посмотреть, чтобы не возникало вопроса.

Что же ещё может быть? Необходимая конфигурация может сложиться скорее всего как следствие Третьей мировой — пока большие будут разбираться, множество мелких останутся без присмотра, при том мировой рынок наломается и все традиционные экспортно-импортные цепочки окажутся нарушенными. Что осложнит и так тяжёлое экономическое положение на местах и станет катализатором революционных процессов. Пока же действует существующая экономическая система — население этих стран будет оставаться её заложниками и любые движухи будут очередным хождением по кругу с неизменным результатом с любым правительством любой идеологической окраски.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 25 comments