February 6th, 2021

Зелёный

(no subject)

Хочешь — не хочешь, а всё-таки в ленте и около замечаешь как спорят про то на какую сторону податься да что надо всенепременно определяться, Кагарлицкий в Ютубчике патетически восклицает про вредность сидения со сложенными руками и ничегонеделание, и всё такое прочее. А у меня в очередной раз ощущение дежавю — опять граждане всё никак между двух говн выбрать не могут и жутко страдают похлеще Буриданова осла, лихорадочно метаясь из стороны в сторону — как та обезьяна из анекдота: «Ну что же мне делать, если я и умная, и красивая?!» Что интересно: с тех сторон никто чё-то не мечется, все со своим местом вполне определились и совершенно плевать хотели на то, какой там экзистенциальный выбор совершат некие «левые». Их мнение никого попросту не интересует, и только они сами хватаются за сердце и переживают, как Ахеджакова с демотиватора. Алё, знаете почему Неуловимый Джо неуловим? Потому что на хер никому не упало его ловить.

«Что же делать?! Что же делать?!» слышаться восклицания, «Гипс снимают, клиент уезжает!» и слышится хруст обкусываемых ногтей и запыханное дыхание не успевающего на поезд человека.

Кто вам сказал, что всегда всенепременно «что-то надо делать»? Может иногда лучше не суетится и немного постоять в стороне от мечущейся толпы? Подумать о том, куда тебе нужно, а не кому-то, кто упорно склоняет тебя занимать какую-то там позицию. Это ему надо, чтобы ты занимал и определялся. А тебе оно надо? Лично тебе, лично твои цели там есть? Что ты там потерял?

А ещё мне постоянно вспоминается одно место из «Обитаемого острова».


Гай сидел за грубым самодельным столом и чистил автомат. Было около четверти одиннадцатого утра, мир был серым, бесцветным, сухим, в нем не было места радости, не было места движению жизни, все было тусклое и больное. Не хотелось думать, не хотелось ничего видеть и слышать, даже спать не хотелось — хотелось просто положить голову на стол, опустить руки и умереть. Просто умереть — и всё.

<…>

Глаза бы всего этого не видели, сдохнуть бы сейчас или завыть последней бездомной собакой, но Максим приказал: «Чисти!» «Каждый раз, — приказал Максим, постукивая каменным пальцем по столу, — каждый раз, как только тебя скрутит, садись и чисти автомат…» Значит, надо чистить.

<…>

И еще он сказал: «Злись! Как тебя скрутит, вспоминай, откуда это у тебя, кто тебя к этому приучил, зачем, и злись, копи ненависть. Скоро она понадобится: ты не один такой, вас таких сорок миллионов, оболваненных, отравленных…»


А вам есть что чистить? Ага. Вот именно. А вcе уже бежать куда-то собрались.