June 20th, 2019

Зелёный

(no subject)

Утро солнечное, вода в море тёплая, на улице движуха — вроде даже какая-то иллюзия оптимизма и хорошего настроения появляется, этакая расслабленная безмятежность. Однако предаваться остановке внутреннего монолога и непосредственному восприятию раслабившемуся не дадут: в полуметре от колеса — хорошо хоть не на — кто-то старательно насрал, явно не комнатная собачка, на крыле вдруг обнаружилась непонятно откуда взявшаяся царапина, довольно глубокая, кабы не до грунтовки, наводящая на мысли о небрежном, походя, зизгаге в стиле Зорро чем-то вроде ключа от квартиры.

Но это всё фигня и мелочи жизни, не смертельно. Говно объехал, царапину наверное как-то заполирую. А вот шёл домой со стоянки… Везде где есть какая-то обжитая площадка всегда какие-то животные приблуждаются, где-то собаки, где-то кошки, где-то и те и другие. Вот и у нас такие приблудные есть. Правда, заразы, любят на капотах греться и иногда когтями царапают. Но в общем отношение к ним спокойное, как к детали пейзажа. И вот иду, вдруг вижу — лежит котёнок, явно дохлый, голова в крови — похоже раздавлена. Видимо кто-то выезжал и не заметил, задавил. А рядом то ли кошка, то ли кот, наверное всё-таки кошка, стоит и мяучит. В таких случаях принято писать «жалобно мяучит». Нет, не то чтобы жалобно, но как-то удивлённо и подавленно, вроде как зовёт, а он не отзывается. Вот тут я понял, что настроению копец. Жуть меня пробрала. Даже не от вида мёртвого тельца и крови, а вот от этого тихого мява.

В нормальной жизни такой случай был бы просто одним из печальных событий, которыми жизнь полна, но вполне заурядным. А когда живёшь в дурдоме и постоянно ждёшь какой-то гадости и от этого спрятаться невозможно, невольно начинаешь видеть во всём какой-то знак, предвестие. Мне вот почему-то всё время вспоминается эпизод с цыплёнком из «Цусимы». Там на одном из кораблей российской эскадры, шедшего к злополучному острову, в ящике для сигнальных флагов, в котором сигнальщик прятал купленные где-то по пути яйца, от жары вылупился цыплёнок. Матросская жизнь, тем более на царском флоте, была скудна на радости и развлечения и цыплёнок тут же стал любимцем команды. Но однажды он упал в кипяток и сварился. Вся команда была подавлена и исполнена мрачными предчувствиями.