January 16th, 2017

Зелёный

И ещё несколько слов об Ефремове и его персонажах

Если бы каждый раз, когда кто-то говорит о «ходульности» и «картонности» персонажей Ефремова, его слова можно было конвертировать в кирпичи, то уже можно было бы построить по школе каждого цикла и ещё осталось бы на бассейн для проведения игр Посейдона и театр для праздника Пламенных Чаш.

Ещё один: http://smirnoff-v.livejournal.com/329348.html

Антон Лазарев в свежей статье верно подметил, что для более-менее адекватного восприятия произведения у автора и читателя должно быть общее понятийное поле, один жизненный контекст, общий опыт. И такой с его современниками у него был — опыт преодоления обстоятельств при строительстве нового общества, опыт неотчуждённого труда, через который так или иначе прошли многие советские люди в 20-40-е годы. А у нынешнего поколения такого опыта нет, поэтому и образы зачастую для нашего современника слишком схематичные и отчуждённые.

Это, в общем совершенно верное наблюдение. Однако, мне кажется, есть ещё и такой нюанс: личный резонанс с автором. То есть совпадения того поля не только на уровне макропонятий, но и лично психологических особенностей автора и читателя. Сам Ефремов явно утверждал, что усложнение общественных отношений требует одновременно утончения души, более тонкой и тщательной рефлексии индивидальной психической структуры личности и её большей чуткости к окружающему миру и себе как части, продолжению и воплощению этого мира, некоего повышенного относительно нашей (да и современной ему) обыденности уровня эмпатии. Чего его тексты по сути и требуют от читателя — чтобы принять их, надо иметь эту самую чуткость.

Многие готовы ещё как-то воспринимать эти тексты умом, не не сердцем. Честно говоря, это ничем не лучше совершенно бездумного отношения.
Collapse )