January 31st, 2016

Зелёный

(no subject)

Всегда в музеях бесили правила типа «со штативом фотографировать нельзя, со вспышкой нельзя» — утончённо-садистские. А что можно бытовой мыльницей сфотографировать в таких условиях? Только нервы себе портить. Ну ладно, от вспышки типа выцветает, посетителям мешает (хотя, часто есть такие экспонаты, что специально в освещённых витринах стоят — то что они тысячами часов под освещением — это ничего?). Но тогда экспозицию увеличивать надо, а это без фиксации камеры дохлый номер. Не у всех же навороченные аппараты с чуствительными матрицами. Объяснить эту тупизну кроме как пошлой боязнью, что кто-то приличный снимок сделает и опубликует помимо право имеющих и бабло не дай бог на этом срубит, ничем другим не могу. Правда, хочется при этом спросить: а где же тогда музейные снимки, альбомы и всё такое? Ведь в той сувенирной продукции, что лежит на ларьках в холле любого музея, публикуют обычно только мизерные части экспозиций (я уж не говорю про цену) и иной раз можно пол-инета перерыть, прежде чем найдёшь хотя бы поганенький третьесортный скан из книги (то есть дающий в лучшем случае общее представление) нужного материала. А то и не найти. Собаки на сене.

Хохма в том, что профи, которому сильно надо из под-полы, просто придёт с профессиональной же камерой с хорошей матрицей и снимет то что надо с рук и при имеющемся освещении. И провернёт на болту ушлое начальство, которое — видать в силу глубокого гуманитаризма — таких простых вещей не понимает. А тот, кому вот реально хай-фай условия нужны, что кушать не можется — он сам к начальству придёт про сессию договариваться.

Помню, как-то на ВДНХ фоткал космический зал, я в Москве на пару дней был — и для меня это редкий очень случай, и естественно мне хотелось как можно больше запечатлеть. Там, правда, билетик продавался отдельно на съёмку и я был уверен, что после официальной уплаты вопросов быть не может. Щёлкал старательно, много. Так ко мне дежурная бабушка подошла и начала выпытывать, чего я и для кого снимаю. Основание: «Для себя так много не снимают». Я от такого жлобства и дурости аж дар речи потерял.